Все сказки на skazkapro.net

Раздела сайта
Аксаков Сергей Тимофеевич
Андерсен Ганс Христиан
Афанасьев Александр Николаевич
Бажов Павел Петрович
Гаршин Всеволод Михайлович
Горький Максим
Гримм братья
Ершов Пётр Павлович
Жуковский Васиилий Андрееевич
Заходер Борис Владимирович
Родари Джанни
Кир Булычёв
Крылов Иван Андреевич
Маршак Самуил Яковлевич
Носов Николай Николаевич
Перро Шарль
Пушкин Александр Сергеевич
Роулинг Джоан
Салтыков-Щедрин М. Е
Сутеев Владимир Григорьевич
Толстой Алексей Николаевич
Толстой Лев Николаевич
Успенский Эдуард Николаевич
Харрис Джоэль Чандлер (сказки дядюшки Римуса)
Чуковский Корней Иванович
Шварц Евгений Львович
Реклама
Поздравления детям

Главная » Авторы сказок » Кир Булычёв

Сказка "Война с лилипутами: часть вторая (глава 1-2)"

Часть вторая. КТО Я?

Глава 1. Рассказ маленькой рабыни


   Вечером, когда все волнения улеглись и  увеличенная  до  нормальных
человеческих размеров рабыня Заури уже забыла о том, что ее  кости  не
выдержат и треснут под тяжестью тела, а котенок  Мордашкин,  которого,
ко всеобщей радости, бабушка Лукреция оживила, резвился на поляне, все
сидели за столом на веранде и пили чай.
   Алисе казалось, что она пробыла в лилипутском облике много дней,  а
чай в последний раз пила чуть ли не в прошлом году.  Что  же  касается
Заури, то ей сначала чай не понравился, и только после того как  Пашка
щедрой рукой всыпал ей в чашку семь ложек сахара,  она  признала,  что
чай - вполне сносный напиток, хоть и уступает марасанге, которую  пьют
на сиенде господина Панченги Мулити.
   Спорить с ней никто не стал.
   - Какая ты хорошенькая, - сказала бабушка Лукреция, любуясь рабыней
Заури. И в самом деле - вымывшись и переодевшись из платья  в  Алисины
брюки  и  Аркашину  гавайскую  рубашку,  Заури   оказалась   настоящей
красавицей. Лицо  у  нее  было  смуглым,  глаза  темно-карими,  волосы
иссиня-черными, блестящими  и  тяжелыми  -  казалось,  что  их  потоки
оттягивают голову назад, и шее трудно удерживать такой груз.
   - Мне говорили об этом, - вежливо ответила Заури. -  А  на  корабле
капитан сказал, что готов на мне жениться.
   - Еще чего не хватало! -  воскликнул  Пашка.  -  Сколько  же  тебе,
прости, лет?
   - Откуда мне знать? - удивилась Заури.  -  Мне  никто  об  этом  не
рассказывал.
   - А ты в школу ходила? - спросил Пашка.
   - Конечно, ходила, - ответила девушка. - Всю зиму ходила.
   - А ты хоть знаешь, как твоя планета называется?
   - Я не знаю, как называется вся планета, - сказала Заури, - но наша
сиенда называется "Розовые Водопады".
   - И там есть розовые водопады? - спросил Пашка.
   - Конечно, - удивилась девушка. -  Три  розовых  водопада.  И  один
красный.
   - Почему?
   - Потому что в них падает кровь с неба.
   - Ничего себе, спасли на свою голову! - возмутился Пашка. - Это  же
совершенно темное существо.
   И тут-то Заури ударилась в рев.  Она  рыдала  минут  пятнадцать,  и
никто не мог ее остановить и утешить. Сквозь потоки слез она говорила,
что теперь ей уже никогда не найти своей сиенды, что ее  превратили  в
урода и что ей теперь не отыскать себе мужа, потому что все  настоящие
мужчины  стали  меньше  ее  мизинца.  А  она   попала   к   грубым   и
невежественным  людям,  которые  не  знают  даже,  что  такое  Розовые
Водопады и сиенда господина Панченги.
   - Хватит! - не выдержал наконец Пашка. - Сейчас я сам разревусь.
   - А почему? - спросила Заури и тут же перестала рыдать.
   - Не выношу женских слез.
   - Тебе меня жалко?
   - Конечно, жалко!
   - Тогда я не буду плакать, потому что ты мне понравился  с  первого
взгляда.
   - А вот это лишнее! - вмешалась Алиса, которой слова рабыни  совсем
не понравились.
   - Он тебе самой нравится, - сказала рабыня.
   Алиса встала из-за стола и спустилась в сад.
   - Алиска, не обращай внимания! - крикнул вслед Пашка.
   А симферопольская бабушка заметила:
   - Пускай Алиса погуляет, каждому  человеку  иногда  хочется  побыть
одному.
   "Спасибо тебе, бабуля, - сказала  про  себя  Алиса.  -  Хоть  ты  и
немолодая, но что-то еще в жизни понимаешь".
   Алиса обошла  кабину.  Лес  погрузился  в  сумерки,  и  небо  стало
бесцветным и бездонным.  Заквакала  лягушка  в  прудике.  Алиса  вдруг
улыбнулась - ничего себе соседство было  у  Аркаши!  Взрослая  лягушка
человечка одной левой с ног собьет!
   Алисе было слышно, о чем шел разговор на веранде.
   - А почему ты оказалась на том корабле? - спросила  симферопольская
бабушка.
   Алиса остановилась у сосны и обернулась - отсюда  было  видно,  как
висевшая над столом лампа освещает лица и отражается в начищенном боку
самовара.
   - Потому что меня захватили, - ответила Заури.
   - А давно?
   - Может быть, давно, - сказала девушка.
   Она поднялась из-за стола и спросила Пашку:
   - Можно я возьму такой круглый фрукт?
   Она показала на вазу с яблоками, что стояла на столе.
   - Зачем? - спросил Аркаша.
   - Мне надо тренироваться,  -  сказала  девушка.  -  А  то  господин
цирковой хозяин меня не возьмет.
   -  Сплошные  тайны  и  недомолвки,  -  проворчал  Пашка.  -  Вместо
благодарности.
   - Я тебя, Паша, не  понимаю,  -  возразила  Заури.  -  Разве  я  не
благодарна всем вам и особенно тебе? Я очень благодарна. Я  сказала  -
спасибо! Но это было раньше. А теперь уже другая жизнь. Я не могу  всю
жизнь  ходить  за  тобой  и  говорить:  "Спасибо,  Пашенька,  спасибо,
спаситель, спасибо, спаси меня снова!"
   Девушка взяла из вазы четыре яблока и, отойдя от стола,  начала  их
подкидывать в воздух. Это у нее получалось очень ловко.
   - Осторожнее, - предупредил Аркаша, - чашки разобьешь.
   - Я не уроню, - ответила Заури. И сделала несколько шагов к перилам
веранды, не переставая подкидывать яблоки.
   Алиса обратила внимание на то, как бабушка внимательно  смотрит  на
Заури.
   - Кто тебя учил? - спросила она наконец.
   Заури, не прекращая жонглировать, сделала сальто назад.
   - Оп-ляля! - воскликнула бабушка.
   Еще сальто -  Заури  чудом  не  ударилась  ногами  о  косяк  двери,
собралась в комочек, подлетела к самому потолку, и что удивительно, не
уронила при том ни одного яблока. Под потолком распрямилась  ласточкой
и через мгновение уже сидела на перилах веранды, нога на ногу, и,  как
ни в чем не бывало, продолжала жонглировать яблоками.
   Аркаша и Пашка захлопали в ладоши.
   - Ты гений, Заури! - закричал Пашка. - Тебе в цирке выступать надо!
   - Рано ей еще  выступать,  -  ответила  за  рабыню  симферопольская
бабушка.
   - Конечно, рано, - согласилась Заури.
   - Садись за стол, - сказала бабушка, - положи  яблоки  на  место  и
постарайся вспомнить.
   - Я ничего не помню!
   - Каждый человек что-то помнит. Где ты раньше жила?
   Заури вернулась к столу, положила яблоки в вазу.
   - Я жила на сиенде, - сказала она. - Наша сиенда  лежит  на  берегу
реки Врог в провинции Альела на нашей планете.
   - На какой?
   - Я не знаю, как вы ее называете, но у нас на сиенде  ее  никак  не
называли. Зачем называть свой дом домом?
   - А что такое сиенда?
   - Сиенда - это место, где живут, где сеют зерно и сажают деревья.
   - Как здесь? - Аркаша обвел рукой вокруг себя.
   - Нет, что ты! Сиенда - это очень большое место. Там  живет  тысяча
человек, может, даже больше.
   - А кто там начальник? - спросил Пашка.
   - Как так начальник?
   - Кто говорит - что делать, куда везти, куда ставить...
   - Господин Панченга Мулити, кто же еще? - удивилась девушка. - Он и
говорит, он награждает и наказывает.
   - И твои родители тоже там живут?
   - Не надо меня расстраивать, - Заури шмыгнула носом. - Я никогда не
видела ни мамы, ни папы!
   - Они умерли?
   - Я не знаю, что с  ними  случилось.  И  нет  ни  одного  человека,
который захотел бы сказать мне правду! Сколько я себя помню - я всегда
только презренная рабыня. Меня можно обидеть, избить, продать  и  даже
убить.
   - Так не бывает! - возмутился Пашка.
   - Все бывает в нашей Галактике, - возразила  бабушка.  -  Галактика
большая, разные люди, разные обычаи...
   - Неужели тебе никто не сказал, откуда ты появилась на  этой  самой
сиенде? - спросила Алиса, подходя к веранде.
   - А там много таких, как я. Нас так и  зовут  -  найденыши.  Только
неизвестно, где нас нашли, кто нашел. Мне кажется, что я  иногда  вижу
маму во сне. Но лица ее никак не могу разобрать.
   - И больше ничего? - спросил Аркаша.
   - Я помню, как ходила в  поле  собирать  колоски,  как  пропалывала
курпицу, как собирала ягоды выри, я помню, как стирала и  гладила.  Но
все это - уже на сиенде.
   - А почему ты не спросила у взрослых?
   - У каких взрослых? - печально улыбнулась Заури.
   - Ну там же есть воспитатели, учителя, врачи...
   - Зачем воспитатели и врачи рабам? Если раб  умрет,  на  его  место
придет другой. Вот и все.
   - Позор! - произнес Пашка.
   - А я к этому привыкла, - сказала Заури.  -  Я  и  не  знаю  другой
жизни. Когда я была поменьше, я иногда спрашивала у надсмотрщика: "Кто
я такая? Откуда я? Где мои отец и мать?"
   - А он?
   - А он бил меня за это. Такие вопросы задавать нельзя.
   - И больше спросить было не у кого?
   - Мы жили в большом доме, где была одна  комната.  В  этой  комнате
стояло сто кроватей. Мы все там были одинаковыми -  никто  из  нас  не
знал своих родителей. И мы были уверены, что  родились  в  этой  самой
комнате. Там у нас был уголок для самых  маленьких.  Иногда  утром  мы
просыпались, а на свободной кровати лежит новенький малыш. Мы  думали,
что он появился, пока мы спали.
   - Странно, - сказал Пашка. - В наши дни в  цивилизованном  обществе
этого не бывает.
   - А кто тебе сказал, что она  жила  в  цивилизованном  обществе?  -
спросил Аркаша.
   -  Погодите,  мальчики,  -  сказала  Алиса.  -  Не  мешайте   Заури
рассказывать. Ведь интересно!
   - Я не знаю, что рассказывать. Я же другой жизни не знала, для меня
это все было обыкновенно...
   - Тогда рассказывай по порядку. Какой был  у  тебя  день.  Кто  вас
кормил, кто вас будил,  как  вы  ели,  что  делали  потом,  -  сказала
бабушка.
   - Будили нас колоколом, - сказала Заури. -  Колокол  начал  бить  -
скорей выскакивай. И беги мыться.  Потому  что  умывальников  мало,  а
умыться надо всем. Не успел первым к умывальнику, можешь остаться  без
завтрака. Утренний суп и кашу принесут, а потом унесут.  Кто  опоздал,
тот голодный.
   - Я бы лучше не мылся, - сказал Пашка.
   - А госпожа Чистоль придет? Она у всех руки проверяет  и  ногти.  У
кого  грязные  -  десять  плетей,  не  хочешь?  Настоящие  плетки,  не
игрушечные.
   - Что? Вас били? - сказал Пашка. - Детей били?
   - И правильно делали, - сказала рабыня. -  Если  нас  не  бить,  мы
распустимся, вообще ничего делать не будем. Я это знаю. Человек только
из-под палки и работает.
   - А ты здесь яблоками жонглировала, - спросила Алиса, - тоже из-под
палки?
   - Если не тренироваться, -  рассудительно  сказала  девушка,  -  то
разучишься. А разучишься, никому не будешь нужна. Вот тебя и  отправят
в подземелье горную пряжу чесать. Там ты от кашля и помрешь.  Там  все
помирают.
   - Темная сила! - сказал Пашка. - Откуда только тебя привезли!
   - Погоди, Пашка, не мешай человеку, - сказала Алиса.
   - Я могу и не рассказывать,  -  заявила  девушка.  -  Чего  я  буду
рассказывать, все равно твой Паша не верит.
   - Рассказывай, - смилостивился Пашка. - Только коротко и правдиво.
   - А я по-другому и не умею.
   Девушка хлопнула себя по щеке - убила комара. Потянулась,  зевнула,
прикрыв рот ладошкой - видно, хотела спать, но не могла  признаться  в
этом, потому что остальным было интересно слушать ее рассказ.
   - Потом нас всех, - продолжала Заури, - и сытых, и голодных,  гнали
на работу. До обеда. Кого в поле, кого в мастерские -  каждому  работа
найдется, даже самому немощному, даже самому маленькому.
   - А какая работа?
   - Обыкновенная. Тростник резать, грядки перекапывать, вредителей по
листьям собирать, мешки с удобрениями носить - мало ли работы в поле?
   - И за вами взрослые смотрели?
   - Не дети же! - Заури даже рассмеялась. - Потом, как пообедали, кто
обратно на работу, а кто в школу. Я в школу ходила, я умная, потому  и
живая, а которые глупые и в школу не ходили, они обязательно  помирали
- от усталости. А я в школу ходила, вот теперь считать умею и  немного
читаю.
   - Значит, ты в школе училась читать и писать?
   - Я в школе много чему  училась,  -  сказала  девушка.  -  В  школе
человека на все пробуют - вдруг в нем выгодная способность отыщется, и
тогда его можно будет дорого продать. Нас и считать учили, и рисовать,
и бегать, и прыгать - все пробовали.
   - А ты хотела отличиться? - спросила бабушка.
   - Конечно. Я хотела, чтобы меня продали.
   - Зачем? - удивился Пашка. - Ведь это унизительно!
   - А ты хотел, чтобы я на всю жизнь осталась на сиенде, чтобы каждый
день до самой смерти гнула спину над грядками и рассадой?  Чтобы  меня
бил кнутом надсмотрщик? У нас, у рабов,  одна  надежда  -  чтобы  тебя
выгодно продали. На другую планету. А я  мечтала  еще,  что  попаду  в
другой мир, что стану сама богатая и куплю билет на звездный  корабль,
буду на нем летать от планеты к планете и  буду  искать  моих  папу  и
маму. Они, наверное, и не знают, что я живая. Они,  наверное,  думают,
что я давно уже умерла... - и Заури снова зарыдала.
   Все ждали, пока она успокоится. "И это странно, - подумала Алиса. -
Такого быть не может! Сидит на веранде Аркашиной дачи  девушка,  очень
красивая, худенькая, черноволосая и плачет, потому что она - рабыня  и
даже не знает, есть ли у нее родители".
   - А как получилось, что ты стала жонглировать? -  спросила  бабушка
Лукреция.
   -  Очень  просто,  -  сказала  Заури.  -  Мы  проходили  спортивные
испытания. Прыгали, бегали,  подтягивались,  кидали  разные  предметы.
Господин наставник развития тела приказал мне  гнуться  и  прыгать.  А
потом дал шарики кидать. И потом говорит:  "Очень  интересно,  в  этой
паршивке что-то есть". Он доложил моей комнатной госпоже, а  комнатная
госпожа самому Панченге Мулити, господину хозяину сиенды.
   - А потом?
   - Давайте перенесем разговор на завтра, -  сказала  симферопольская
бабушка. - Уже совсем поздно, а у вас  был  такой  длинный  и  трудный
день.
   - Нет, бабушка,  пожалуйста!  -  взмолилась  Алиса.  -  Еще  совсем
немножко осталось. А завтра некогда будет.
   Бабушка развела руками.
   - Давай, рассказывай! - велел Пашка рабыне.
   - Мне сразу лучше стало жить, - сказала девушка. Она  даже  закрыла
глаза, так ей приятно было  вспоминать  те  дни,  что  последовали  за
открытием ее таланта. - Меня стали  кормить  лучше  других.  Мне  мясо
стали давать и сахар, представляете?
   - Представляю, - сказал Пашка.
   - От сахара только вред один,  -  сказал  Аркаша.  -  Многие  врачи
советуют не есть сахара.
   - Плохие врачи, - сказала Заури. - Вы их не слушайте.
   - Значит, тебя отделили от остальных детей? - спросила бабушка.
   - Да. Так всегда делают. Если видят, что рабыня  выгодная,  что  ее
можно будет хорошо продать, ее обязательно отделяют.
   - А куда можно человека продать? - спросил Аркаша.
   - У нас на планете много желающих. И даже с других планет на сиенду
приезжали. Мало ли кому люди нужны.
   -  Сумасшедший  дом,  -  сказал  Пашка.  -  Сколько  живу,  столько
удивляюсь и возмущаюсь. Человечество уже освоило  половину  Вселенной,
наука ушла так далеко, что не видит собственного хвоста.  А  где-то  в
уголках таятся  дикие  нравы,  рабские  планеты  и  какие-то  страшные
разбойники. Нет, я решил твердо  -  иду  в  Патрульное  училище!  Буду
патрульным разведчиком! Посвящу жизнь борьбе со  всякими  подонками  и
мучителями.
   - А пока лучше кончи школу, - сказала Алиса. - Светлана очень тобой
недовольна. И знаешь почему?
   - И знать не хочу. В конце концов не  все  ли  равно,  где  ставить
запятые. Я их совсем скоро отменю - и людям удобнее, и учителям.
   - Кто же тебя учил, девочка? - спросила симферопольская  бабушка  у
рабыни.
   - Сначала наставник с  нашей  сиенды,  а  потом  господин  Панченга
Мулити призвал из города наставника Трибуци. Он меня учил. И еще  меня
стали учить космолингве.
   - Расскажи,  пожалуйста,  подробнее,  -  попросила  симферопольская
бабушка, - чему же тебя учил наставник из города?
   - Как чему? Все тому же. Он учил меня кидать круглые вещи - яблоки,
шары, а потом палки, булавы и даже горящие факелы. Три, четыре  и  так
далее. Я могу кидать девять яблок - только небольших.
   Все смотрела на бабушку и ждали, что она  еще  скажет.  Но  бабушка
ничего больше не сказала. Она сидела за столом и смотрела перед собой,
глубоко задумавшись.
   - Досказывать? - спросила, наконец, Заури.
   - Расскажи, как ты попала на тот корабль, - попросил Аркаша.
   - Господин наставник из города не заставлял меня работать в поле  и
бил меня  очень  редко,  только  когда  я  теряла  предметы,  которыми
жонглировала. Хороший наставник.
   - Ничего себе хороший, - проворчал Пашка. - Дай  срок,  я  до  него
доберусь!
   - Нет, хороший! Ты не знаешь, какие бывают плохие, - сказала Заури.
- Он меня все учил и учил. А потом позвал к себе, а там  стоит  совсем
незнакомый господин. Такой  странный  господин,  что  я  даже  сначала
испугалась. У него очень черные и густые брови, глаза светлые-светлые,
а нос...
   - А нос вот такой! - неожиданно вмешалась бабушка и показала  двумя
загнутыми пальцами, какой горбатый нос у того человека.
   - Ты что-то знаешь, бабушка? - спросила Алиса.
   - Нет, только подозреваю, - ответила та.
   - Господин показался мне страшным, - продолжала Заури. -  Он  велел
показать, что я умею делать. Я очень старалась  и  от  страха  уронила
одну булаву. Мой наставник хотел меня побить, а тот, с черными бровями
и сломанным носом, приказал меня не трогать. И вообще пальцем до  меня
не дотронулся. Он сказал, что я ему подхожу. И улетел к  себе.  А  мне
дал конфету, честное слово! Я до сих пор фантик храню...
   Девушка провела пальцами по груди, но тут вспомнила,  что  она  уже
совсем не та, что была вчера, и если ее фантик и сохранился, то в  тех
лохмотьях, которые она оставила у кабины.
   Заури сразу опечалилась. Алиса сказала:
   - Ничего страшного. Завтра утром ты найдешь свое бывшее платье, оно
никому не нужно и лежит возле кабины. И возьмешь оттуда  свой  фантик.
Если, конечно, найдешь его.
   - А почему не найду?
   - Потому что он очень маленький.
   Заури вздохнула, видно, ей в самом деле жалко  было  фантик.  Потом
она закончила свой рассказ:
   - Господин Панченга Мулити долго разговаривал с наставником,  потом
мой хозяин сказал, что меня посылают учиться в Галактическое  цирковое
училище.  Чтобы  я  вела  себя  там  хорошо  и   слушалась   господина
начальника. Потому что он вложил большие деньги в  мое  образование  и
надеется, что я верну ему этот долг. Я ему была  так  благодарна...  я
поцеловала его сапог...
   - Что? - грозно возопил Пашка.
   - Так полагается, - сказала Заури, - в этом нет ничего  особенного.
Другие рабыни, постарше, еще больше делают... Мне дали  провожатых  до
космодрома, там посадили на лайнер, и я летела и  летела...  Это  было
очень интересно. Вы не представляете, что такое космический лайнер!
   - Представляем, - сказал Пашка.
   - Тогда тем более - вы понимаете. Меня кормили три раза в день. Так
не бывает!
   - Да, так не бывает, - согласился Пашка,  который  решил  больше  с
этой девушкой не спорить.
   - Мы летели и вдруг - звон! Что-то гремит, а капитан корабля  велит
всем оставаться в каютах, потому что на нас напали! Мы все  испугались
и попрятались по кабинам. А потом  было  совсем  страшно,  потому  что
какие-то чужие люди с пистолетами врывались в кабины, вытаскивали нас,
обыскивали и все отнимали. А если кто-то  сопротивлялся,  они  убивали
его. Я сама видела!
   - Может, не  надо  рассказывать,  ты  так  волнуешься,  деточка,  -
сказала бабушка.
   - Нет, я расскажу. Мне лучше рассказать, чтобы вы тоже  все  знали.
...Они многих убили, и там была кровь... А  тех,  кто  остался  живой,
собрали в кают-компании - это такая столовая на корабле -  и  сказали,
что мы теперь будем рабами. Все возмутились и плакали и просили  этого
не делать. Только я не просила, потому что для  меня  в  том  не  было
ничего удивительного. Я и без того  всю  жизнь  была  рабыней.  Только
жалко было, что я не попаду в цирковое училище.
   Заури замолчала.
   Все остальное тоже молчали. Через минуту, наверное, Алиса спросила:
   - А что было дальше?
   - Ничего, - сказала Заури. Она даже удивилась такому вопросу.
   - Как так ничего?
   - Я снова стала рабыней. Только не  на  сиенде,  а  на  корабле,  -
сказала девушка.  -  Я  мыла  посуду,  подметала  пол,  делала  всякую
неприятную работу. Только я не переживала и не сердилась. Я знала, что
нужно терпеть. И если долго терпишь, будет лучше. А  другие  не  умели
терпеть.  И  тогда  эти  люди,  которых  вы  называете  бандитами,  их
наказывали - они их убивали, а некоторые сами умирали или убивались. И
потом нас почти не осталось...
   - И долго же вы так летели? - спросил Аркаша.
   - Я не знаю, - сказала Заури. - Только  могу  сказать,  что  прошло
много дней.
   - Да, прошло много дней, - согласилась бабушка, глядя с печалью  на
Заури. - Мне нужно вас покинуть, -  вдруг  сказала  она.  -  Мне  надо
срочно выяснить  некоторые  необъяснимые  вещи,  разрешить  непонятные
загадки. Как только я чего-нибудь пойму, я сразу же вам сообщу.
   - Тебя проводить до стоянки флаеров? - спросила Алиса.
   - Нет, - сказала бабушка, - не надо меня провожать. Я же не  просто
бабушка, а бывшая дрессировщица.
   - Нет, я провожу, - сказал Пашка и стал подниматься из-за стола. Но
пока он поднимался, Лукреция Ивановна исчезла, растворилась в воздухе.
   - Не знаю, как вы, - сказал тогда Пашка, -  но  я  немного  посплю.
Минут шестьсот. У меня выдался трудный день.
   Все согласились, что уже пора спать. Алиса с Заури  легли  наверху,
на диване, а мальчики внизу. Одеял не хватило, было прохладно. Девочки
обнялись и накрылись одним одеялом.
   Алисе не спалось -  уж  очень  удивительным  и  волнующим  оказался
прошедший день.
   И тут она услышала внизу на веранде чьи-то шаги. Она  сразу  узнала
по шагам Аркашу.
   Алиса спросила тихо:
   - Аркаш, ты чего не спишь?
   - Я думаю о великом открытии в истории Галактики.
   Алиса ответила не сразу. Потом сказала:
   - Я тебя понимаю. Это в самом деле великое открытие.
   - Какое еще открытие? - услышали они сонный голос Пашки.
   - А такое, что в Галактике есть две цивилизации - одна в  пятьдесят
раз меньше другой, и каждая из них населяет целые планеты,  летает  на
космических кораблях и живут они бок о бок. Но до сегодняшнего дня - и
это самое невероятное - они даже не подозревали о  существовании  друг
дружки.


Глава 2. Снова лилипуты!





   С утра все разбежались в разные стороны.
   Аркаша сказал, что он временно откладывает свое путешествие  -  ему
надо вернуться на два дня в Москву. Пашка пригласил  Заури  вечером  в
цирк, чтобы она  могла  оценить  мастерство  московских  жонглеров,  и
распрощался до вечера. Алиса повезла Заури домой - девушку  надо  было
по-человечески одеть и показать врачу. Мало ли какой вред  нанесла  ее
детскому организму жизнь на сиенде и на бандитском корабле!
   Все Заури было в диковинку: и машины, и флаеры, и играющие  в  саду
дети, и одежды - ведь она  кроме  рабской  плантации  и  пассажирского
космического корабля ничего в жизни не видела.
   А когда приехали к Алисе домой, Заури была просто потрясена.
   Во-первых, тем, что у Алисы есть своя комната.
   Во-вторых,  роботом-домработником  Полей,  который  встретил  их  в
дверях и спросил:
   - Обед ставить? В шестой раз суп подогреваю.
   Заури сначала ахнула от удивления,  а  может,  даже  и  от  испуга,
потому что Поля хоть и домашний робот, но не очень похож на  человека.
Скорее он напоминает увеличенную  во  много  раз  консервную  банку  с
футбольным мячом вместо головы.
   В-третьих, рабыню, конечно же, потрясло Алисино богатство.  Ведь  у
Алисы оказался целый шкаф  разных  одежд  -  от  сарафана  до  зимнего
комбинезона и меховой малицы. А так  как  девочки  были  почти  одного
роста, хотя, судя по всему, Заури была года на два постарше, то рабыня
забыла обо  всем,  даже  о  своих  пропавших  родителях.  За  час  она
перемерила  половину   Алисиного   гардероба.   Робот   Поля   страшно
обрадовался тому, что его не гонят и на него не кричат, как обычно. Он
стал давать советы, потом подключил видик к информаторию,  набрал  код
Парижа и стал показывать, какие сейчас в  Париже  моды.  Этим  он  все
перепутал в хорошенькой  головке  жонглерши,  и  Заури  чуть  было  не
ударилась в слезы оттого что не знает, как ей красивее одеться.
   В конце концов Заури заявила, что из Алисиного гардероба ей  ничего
не подходит. Ведь она не школьница, а будущая великая актриса!
   Пришлось им отправиться на флаере в магазин и взять с  собой  Полю,
который изображал из себя знатока женской моды. К обеду они  вернулись
домой с чемоданом, набитым платьями, блузками  и  другими  вещами  для
рабыни Заури, и, если бы жонглерша не проголодалась, они бы побывали и
в парикмахерской.
   Дома они по достоинству оценили кулинарные  таланты  Поли  и  после
обеда улеглись на широком Алисином диване.
   - Спасибо, - искренне сказала  Заури,  которая,  конечно,  замучила
Алису своими капризами и требованиями. Но гостья есть гостья, да и  не
каждый день  тебе  выпадает  счастливый  жребий  обрадовать  настоящую
рабыню с другой планеты.
   Вдруг Заури замерла, глядя в одну точку. Глаза  ее  стали  медленно
наполняться слезами. Она всхлипнула. Кончик носа стал краснеть.  Слеза
сорвалась и покатилась по щеке...
   - Что ты? Что с тобой? - встревожилась Алиса.
   - Как ты не понимаешь! - заревела рабыня. - Ведь я побуду у тебя, и
мне надо будет возвращаться в свой маленький размер! И все мои  платья
и туфли я оставлю тебе! А сама опять надену свои лохмотья.
   - Да что ты, не расстраивайся! - утешала ее Алиса. - Все  эти  вещи
останутся  твоими.  Когда  захочешь,  ты  сможешь  прилетать  ко  мне,
увеличиваться снова до моего размера и ходить в этих одеждах.
   - Правда?
   - Чистая правда! А пока ты будешь учиться в  цирковом  училище,  ты
сможешь одеваться как пожелаешь.
   Заури перестала плакать, порозовела, глазищи ее заблестели.
   И тут же тень вновь скользнула по ее лицу.
   - Но они все у меня отнимут!
   - Кто?
   - Господин Панченга Мулити.
   - Но он же тебе больше не хозяин. Мы не признаем рабства.
   - Рабство есть везде.
   Алиса не успела ответить, как  раздался  сигнал  видеофона.  Звонил
Аркаша.
   - Ого! - сказал он, увидев переодетую Заури. -  Наша  рабыня  стала
первой красавицей Москвы!  Тебе  надо  участвовать  в  конкурсе  "Мисс
Москва"!
   - Правда, ты не шутишь? - воскликнула Заури. - Я в самом деле такая
красивая?
   - Разумеется, - вмешался домработник  Поля.  -  Я  лично  давал  ей
советы, как стать красивой.
   - Нет, - сказала Алиса, - к сожалению, твоя победа в конкурсе "Мисс
Москва" будет недействительной.
   - Это еще почему?
   - Потому что ты меньше мизинца самой маленькой из  твоих  соперниц.
Представь себе: все красавицы стоят в ряд, а  перед  тобой  -  большое
увеличительное стекло.
   - Перестань надо мной смеяться! - обиделась Заури. - Это  я  раньше
была маленькой, а теперь я гигантская. Как ты.
   - И хочешь остаться такой большой?
   - Я еще подумаю, - ответила Заури. -  Конечно,  мне  лучше  кое-где
быть большой, а кое-где маленькой.
   - Браво, Заури! - засмеялась Алиса. - Ты уже не боишься,  что  твои
косточки треснут.
   - А чего с ними сделается! - отмахнулась Заури.
   И тут же обернулась к зеркалу проверить, насколько  она  красива  в
новом платье.
   Аркаша сказал, что он сделал запрос в Центральный  информаторий.  И
там ему ответили, что во всей  Галактике  нет  ни  одной  планеты,  на
которой жили бы лилипуты размером со спичку. И никогда ни один человек
не встречал такого лилипута.
   - Не может быть! - сказала Алиса.
   А Заури на всякий случай начала реветь.
   Рыдания ее были такими горькими, что Аркаша сказал:
   - Ну ладно, пока... я побежал...
   Он, как и все мужчины, не выносил женских слез. А  Заури  оказалась
чемпионкой мира по умению заплакать в нужный момент.
   - Заури! - сказала Алиса. - Сейчас же перестань  рыдать,  а  то  ты
испортишь слезами платье!
   - Я мимо капаю, - ответила Заури, продолжая плакать дальше.
   - Но что тебя сейчас так расстроило?
   - Они говорят, что лилипутских планет нет, значит, и  моей  планеты
нет. И моей сиенды нет, и моих папы  и  мамы  нет,  и  даже  господина
Панченги Мулити нет! - Тут уж слезы хлынули таким потоком,  что  Алисе
пришлось принести для рабыни полотенце, которое промокло  минут  через
пять.
   - Погоди! - пыталась прервать рыдания Алиса. - Но ведь ты есть!
   - А я теперь неправильного размера! Я теперь уродка. Меня  мама  не
узнает!
   - Мы можем тебя сделать лилипуткой в три минуты, - ответила Алиса.
   - Тебе хорошо рассуждать! А сама потом на меня наступишь.  Лучше  я
потерплю. - Заури даже плакать на минутку перестала. - Только я совсем
немного потерплю. А то моя мама состарится или умрет, и я ее не  успею
увидеть. Ты, пожалуйста, Алиса, придумай что-нибудь поскорее.
   - Что придумывать, - сказала Алиса. - Придумывай -  не  придумывай,
надо лететь на твою сиенду к господину Панченге.
   - Зачем? Он злой!
   - А кто еще знает, откуда тебя привезли?  Только  он.  Наверное,  у
него документы сохранились.
   Заури от радости захлопала в ладоши.
   - Летим! - закричала она. - Скорее летим!
   - Во-первых, - остановила ее восторг Алиса, -  мы  не  знаем,  куда
лететь. Ведь такой планеты нет...
   - А во-вторых? - спросила Заури, приготовившись плакать, но отложив
начало рыданий на минутку.
   - А во-вторых, даже если бы мы знали, где твоя  сиенда,  туда  надо
лететь маленькими.
   - Почему? Я не хочу уменьшаться. Я  хочу  быть  большой  и  сказать
господину Панченге: "Не отдашь мои  документы,  не  скажешь,  где  моя
мама,  я  на  тебя  наступлю...  Нет,  лучше  я  тебя  одним   пальцем
раздавлю!.. Нет, лучше наступлю!"
   - Стой, стой! - пыталась остановить разбушевавшуюся рабыню Алиса. -
Растоптать его ты сможешь, но вот документы твои  -  такие  маленькие,
что читать их придется под микроскопом.
   - Да, - согласилась Заури. Она поняла, что все это означает. - Даже
если мы с тобой возьмем эти документы и растопчем  господина  Панченгу
Мулити, нам надо возвращаться сюда  и  снова  становиться  маленькими,
потому что, если я приеду  к  маме  такой  большой,  я  ее  до  смерти
испугаю!
   - А что если с самого начала стать маленькой? - предложила Алиса. -
Если с Земли прилететь на сиенду лилипуткой?  Тогда  к  маме  ты  тоже
попадешь маленькой.
   - Нет! - закричала тут Заури так громко, что робот  Поля  въехал  в
комнату и грозно сказал Алисе:
   - Перестань мучить несчастного ребенка!
   - Я ее не мучаю, - сказала Алиса. - Скорее она меня мучает. То  она
спешит лететь на поиски своей мамы, то она, видите ли, передумала.  Ну
скажи, почему ты сейчас отказываешься уменьшаться?
   - Потому что у меня никогда раньше не было таких чудесных  платьев.
Я уменьшусь, и у меня снова их не будет.
   - Мама тебе сошьет новые.
   - А вдруг мама шить не умеет?
   - Сама научишься.
   - Нет, лучше я сначала изношу эти платья, а потом мы полетим искать
мою мамочку.
   - Ну что ты об этом думаешь? - спросила  Алиса  у  робота,  который
стоял в дверях и покачивал круглой головой.
   - Я думаю, что рабыню надо пожалеть, а не смеяться  над  ней.  Если
человек больше любит платья, чем свою маму, - это его  болезнь,  а  не
развлечение.
   - Я? Не люблю маму? - Заури была вне себя от возмущения. - Да я все
эти проклятые платья сейчас выброшу в окно!
   Она схватила одежды в охапку и подбежала к открытому окну.
   И остановилась.
   - Ну чего же ты? - спросила Алиса. - Давай, кидай!
   - Не могу, - ответила Заури,  -  я  боюсь  попасть  кому-нибудь  на
голову.
   - Если учесть, что это окно выходит в сад и там никто не  ходит,  -
сказал робот Поля, - то о прохожих можно не думать.
   Рабыня Заури бросила платья на пол, а сама  села  в  кресло,  чтобы
поплакать.
   Алиса ей не мешала. Робот тоже молчал.
   Вдруг совершенно спокойным голосом, будто и не рыдала вовсе,  Заури
произнесла:
   - Мне нельзя на сиенду.
   - Почему? - спросила Алиса.
   - Потому что я рабыня и никто меня не  отпускал.  Как  мы  приедем,
хозяин Панченга сразу велит схватить меня, бросить в подвал и заковать
в цепи.
   - Он не имеет права, - сказал робот Поля.
   - А он не знает ничего про ваше  право,  -  сказала  рабыня.  -  Он
делает что хочет.
   - Я думаю, - сказал робот Поля, -  вам  надо  сообщить  о  ситуации
инспектору Крому, затем вместе с ним заявиться  на  ту  планету,  всех
негодяев арестовать, рабство отменить, сиенду сжечь, и рабов отправить
в санаторий.
   - Это хорошая мысль, - сказала Алиса. - Но,  к  сожалению,  она  не
очень практичная. Потому что мы не знаем, где родители Заури. А  вдруг
они тоже  в  плену  у  Панченги,  только  на  другой  сиенде  или  еще
где-нибудь.  Ведь  инспектор  Кром   прилетит   на   военно-патрульном
корабле...
   - А у господина  Панченги  есть  свои  корабли,  получше,  чем  ваш
крейсер! - сказала девушка.
   - Помолчи, - сказала Алиса. - Я, кажется, придумала. Сколько  стоит
рабыня на вашей планете?
   - Очень дорого, - сказала Заури.
   - А сколько все-таки?
   - Тысячу кредитов.
   - А сколько стоит один кредит? Что можно на него купить?
   - На кредит можно целого барана купить.
   - Значит, ты стоишь столько, сколько тысяча баранов?
   - Это немыслимо дорого, - сказал робот. - За такую капризную рабыню
не дадут и барана.
   - Ты забыл, что у меня великий талант! - возмутилась Заури. - Я  же
умею кидать девять предметов!
   Алиса выдвинула ящик письменного стола и вынула  оттуда  коробку  с
любимыми украшениями и драгоценностями. Там были изумрудный  перстень,
подаренный ей в Атлантиде,  ожерелье  из  бриллиантов,  полученное  на
память о планете Пять-четыре, и другие красивые сувениры.  Заури  даже
заныла от восхищения.
   - Как ты думаешь, - спросила Алиса, - этого нам хватит?
   - Для чего?
   - Для того, чтобы тебя купить.
   - А зачем меня покупать? Лучше подари мне все это!
   - Если не хочешь искать своих родителей, то бери.
   Заури сделала движение к коробке, но тут же  поняла,  какой  плохой
она кажется Алисе, и сказала:
   - Конечно, хватит. На всю сиенду хватит. А  кто  тогда  будет  моим
хозяином?
   - Хочешь, я буду?
   - Нет, только не ты! - взмолилась рабыня. - Ты будешь меня иголками
колоть.
   - Я? Иголками? Я никого никогда не колола иголками.
   - Это потому что у тебя раньше не было рабыни. А как я стану  твоей
рабыней, тебе сразу захочется колоть меня иголками.
   - Ну хорошо, будь тогда Пашкиной рабыней.
   - Ни в коем случае! Он захочет со мной целоваться!
   - Заури, ты  мне  смертельно  надоела.  Ты  хочешь,  чтобы  я  тебя
выкупила из рабства?
   - А чьей рабыней я стану?
   - Еще один такой глупый вопрос, и я никуда с тобой не  лечу.  Пойми
же - у нас нет рабства. Мы даже не знаем, что такое рабство!
   - Неправда. Вот Поля - твой раб! Ты ему приказываешь, а он не смеет
тебя не послушаться.
   - Теоретически, - сказал робот, - меня можно рассматривать как раба
Алисы и всего ее семейства. Но, по сути дела,  я  допускаю,  что,  все
обстоит наоборот, и они являются моими рабами!
   - Хватит, - Алиса собрала драгоценности в плоскую коробку.
   - А может быть, ты одна слетаешь? - спросила Заури. -  Я  тебя  тут
подожду.
   - Так кто тебя мне продаст, если тебя не будет? Кто мне поверит?
   - Никто.
   - Тогда летим.
   - Я боюсь.
   - Ничего не случится. Мы оставим Поле наши координаты, и  если  что
случится, нас сразу найдут. Не бойся. Ты же сама говоришь, что хозяева
сиенды не грабители и не бандиты.  Они  выращивают  и  продают  рабов.
Значит, они любят деньги. Мы выкупим тебя, а потом спросим у  главного
начальника, кто ты такая и как попала на планету.
   - И мы узнаем, где моя мама?
   - Собирайся, Заури.
   - А на чем мы полетим?
   - Ты еще не догадалась?
   - Нет. Откуда мне знать? Я никогда еще не летала на ваших кораблях.
   - И куда же мы прилетим на нашем корабле?
   - На планету... Ой, они же там все маленькие!
   - Конечно же, мы не можем лететь туда в настоящем виде.  Мы  должны
уменьшиться...
   - А как же драгоценности?
   - Для этого я отобрала бриллианты. Они  маленькие,  а  стоят  очень
дорого.
   - Но у нас же нет такого маленького кораблика!
   -  У  нас  есть  такой  маленький  кораблик.  Кораблик,   компьютер
которого, наверняка, знает координаты планеты, где находится сиенда.
   - Где же этот корабль?
   - На веранде Аркашиной дачи.
   - На даче?
   - Вот именно. Это планетарный катер с корабля бандитов, который они
оставили, когда бабушка выбросила их с Земли.
   - И мы в нем поместимся?
   - Попробуем, - сказала Алиса.
   - И я с вами, - сказал Поля.
   - Нет, голубчик, - сказала Алиса.  -  У  тебя  куда  более  трудное
задание. Ты должен остаться здесь, хранить  нашу  тайну,  а  в  случае
нужды организовать спасательную экспедицию.
   - Рад стараться! - ответил робот.
   - А в чем же мы полетим? - грустно спросила Заури. - Я уж  привыкла
красиво одеваться.
   Алиса велела домработнику притащить с антресолей ящик с куклами, до
которого Алиса не дотрагивалась уже больше года,  но  мама  не  хотела
выкидывать эти воспоминания о детстве.
   Поля приволок большой ящик, поставил его посреди комнаты, вытер его
влажной тряпкой и спросил:
   - Захотелось перед дорогой поиграть в куклы?
   - Разумеется, - сказала Алиса. - И еще немного пошить.
   Алиса  торопила  Заури,  которая,  на  счастье,  оказалась  хорошей
рукодельницей. Алиса боялась, что с работы вернутся взрослые, и  тогда
убежать будет труднее. Они перешили себе по платью.  Напоследок  Алиса
сшила рюкзачок для бриллиантов и сложила в него ценности.
   Поля проводил девочек до дверей. Он  стоял  понуро,  не  глядел  на
Алису.
   - Ты что, чем-то недоволен? - спросила Алиса.
   - Настоящий мужчина всегда недоволен,  -  вздохнул  робот,  -  если
женщины уходят в бой, а он остается на кухне.
   - Твой бой еще впереди, - ответила Алиса.

Война с лилипутами: Часть вторая (глава 3-4)
Категория: Кир Булычёв

Самые популярные сказки:
Про какашку. (Андрус Кивиряхк, «Какашка и весна»)
Серая Звездочка
Русачок
Два брата
Случайные сказки:
Гарпалиону - владыка львов
Сказка об Иване-царевиче и Сером Волке
Ма-тари-кари
Сказание о гордом Аггее

Издательство сказок
сказки про вашего ребенка
Сказки про Вашего ребенка!
Книга составляется на заказ и печатается в единственном экземпляре! Никакая книга не заинтересует малыша так, как книга про него самого. Это подарок который полюбится сразу и будет любим долгие годы. А хорошие сказки помогут воспитать в вашем ребёнке хорошего человека!
ВАЖНО!
Заказывая Книгу о Вашем ребенке с нашего сайта и используя промо-код UK320, Вы получаете СКИДКУ в $10!!
Заказать книгу сказок..>>

Наша кнопка
Сказки про Код кнопки:
картинки футболок и маек
наверх страницы
Copyright skazkapro.net © 2011-2018 Представленные на сайте материалы взяты из открытых источников и опубликованы в ознакомительных целях. Авторские права на произведения принадлежат их авторам.